Для города Петербург еще молод. Триста лет и двадцать три года — отнюдь не почтенный возраст, скорее — юность. И все три века в облике и атмосфере Северной столицы сплавлены воедино. Сегодня предлагаем прогуляться не столько по улицам и садам, сколько по разным эпохам. Точка отсчета — время Петра Великого.
Когда‑то в потешных войсках юного царя служил среди прочих артиллерийский бомбардир Александр Кикин. Он сопровождал Петра I и в Азовском походе, и в Великом посольстве, а затем стал первым начальником Петербургского адмиралтейства. В 1714 году началось строительство его новой резиденции — Кикиных палат. Однако как раз в это время отношения с царем разладились. За казнокрадство «птенец гнезда петрова» был выслан в Москву, а после и вовсе казнен.
Тем не менее дом Кикина достроили. И поскольку имущество его было конфисковано, разместили тут императорскую коллекцию редкостей и курьезов (ту, из которой потом выросла Кунсткамера), а также личную библиотеку Петра I. Здание для этого пришлось надстроить и перепланировать.
В 1730‑х годах рядом с Кикиными палатами появились казармы полка Конной гвардии, в доме устроили больницу, канцелярию и церковь для военных. В это время к зданию приложил руку Франческо Бартоломео Растрелли.
После Великой Отечественной войны строению постарались вернуть изначальный облик, ориентируясь на другие памятники петровского барокко. В том числе дворец Меншикова. Так что теперь Кикины палаты представляют собой своего рода образцовую постройку в стиле того времени. А занимает их музыкальный лицей. Полюбовавшись фасадами, следуем далее — по Шпалерной улице до площади Растрелли.
Отсюда открывается панорама на Воскресенский Смольный собор — одно из творений Франческо Бартоломео, чье имя носит площадь. Этот собор — часть Смольного монастыря, воздвигнутого по желанию Елизаветы Петровны на месте Смольного дома, где она провела детство. Почему «Смольного»? Потому что рядом находился Смольный двор — промышленная площадка для хранения и переработки смолы.
Сейчас трудно поверить, что когда‑то здесь располагался «большой дегтярный завод». Слишком воздушны голубые с белым монастырские корпуса, стройные колокольни и увенчанный пятью золотыми главками храм. В Музее Академии художеств хранится макет монастыря, по которому можно судить об изначальном замысле Растрелли. Однако историки архитектуры считают, что в ходе долгого строительства проект корректировался. И то, что мы видим сегодня, выглядит даже лучше изначально запланированного.
Достраивал собор уже в 1820‑е годы при Николае I Василий Стасов. И в 1835 году храм этот получил статус собора всех учебных заведений Санкт-Петербурга — в память матери императора, императрицы Марии Федоровны, покровительствовавшей многим школам и институтам.
Именно в монастыре размещался поначалу и Институт благородных девиц (Императорское воспитательное общество благородных девиц) — первое в России женское учебное заведение. Основавшая его Екатерина Великая предполагала «дать государству образованных женщин, хороших матерей, полезных членов семьи и общества».
К слову, сегодня горожане могут прогуливаться по саду, который когда‑то украшали собой девушки. Он расположен за монастырскими стенами на берегу Невы. В просторечии его иногда называют «Бабкиным садом» — не то в память об обитательницах вдовьего дома Смольного монастыря, не то просто потому, что и сейчас бабушки выгуливают тут внуков.
В начале XIX столетия Джакомо Кваренги спроектировал для Института благородных девиц отдельное здание — торжественное и строгое. Смолянки обитали здесь до 1917 года, а когда покинули его, место занял штаб подготовки Октябрьской революции, которым руководил Петроградский революционный комитет.
Теперь окрестности Смольного института пронизаны соответствующими аллюзиями. Перед ним разбит сквер, парадный вход в который оформлен величественными пропилеями, установлены памятник Владимиру Ленину и бюсты Карла Маркса и Фридриха Энгельса. В наши дни Смольный служит резиденцией губернатора и правительства Петербурга. Однако есть тут и музей, посвященный истории этого памятника архитектуры.
Если же выйти по аллее Смольного на площадь Пролетарской Диктатуры и по Тверской улице пройти до Одесской, то попадешь в Музей фонарей, устроенный под открытым небом. Отчего он находится именно здесь? Оттого что в 1870‑х годах тут работал в своей мастерской Александр Лодыгин, изобретатель лампы накаливания. А теперь время словно бы уплотнилось, потеряло стремительность и направление. И фонари — масляный, газовый, керосиновый, спиртовой и электрический — существуют на этой улице одновременно. Рядом бронзовый фонарщик словно печалится, что ему больше не надо зажигать их…
Читайте также:
О летнем «нашем огороде». Петр I особое внимание уделял обустройству Летнего сада
Ступень из красного гранита: история здания по Невскому пр., 16
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 143 (8208) от 07.08.2026 под заголовком «Барокко на смоляном дворе».
