Этому событию радовались все сотрудники музея Ахматовой в Фонтанном доме. Но больше всех, наверное, Нина Попова – основатель и первый директор музея.
Долгожданное событие
«Я этого ждала очень-очень долго. Когда в 1989 году у нас открылся музей, по лестнице невозможно было пройти. После того как помещения покинула прежняя организация, она была грязная, замусоренная, забитая каким-то хламом. Поэтому первые экспозиции гости осматривали, поднимаясь по так называемой служебной лестнице», – вспоминает Нина Ивановна, теперь уже президент Благотворительного фонда друзей музея Ахматовой.
Средств, чтобы привести лестницу в порядок, тогда не нашлось. Спонсорские деньги появились спустя два года. Но их хватило в основном на восстановление второго этажа, где был выставочный зал, на лестницу же остались буквально крохи.
«Поэтому мы делали всё наспех, по сути, просто убрав грязь. Только после 2002 года историческая лестница стала частью экскурсионного маршрута», – поделилась Нина Попова.
Фото: Олег Золото/«Петербургский дневник» Путиловский камень
Вместе с ней и нынешним директором музея Юлией Малининой ступаем на лестницу.
«Люди, которые входят впервые, ждут какого-то золотого дворцового убранства, и не видят той красоты, которая открылась после научной реставрации. Это красота путиловского камня», – объясняет директор.
Этот камень добывается в Ленинградской области, в селе Путилово – отсюда и название. Он использован при строительстве Летнего дворца Петра Великого, Нарышкина бастиона, Петропавловского собора. Из него же сделаны и подоконники. Реставраторы признаются, думали, что они деревянные, так ловко скрывался под 15 (!) слоями краски путиловский камень.
«Сейчас красота камня открылась вновь. Это идеально сочетается со ступенями из той же самой путиловской плиты», – дополняют рассказ реставраторы.
Очистили от старой краски и перильные ограждения. Оказалось, что сделаны они из ясеня, теперь это дерево хорошо видно. Приведены в порядок кованые ограждения лестницы. Восстановлен подлинный цвет дверей и оконных рам, они были белыми.
«Реставрационные работы продолжались полтора года. Деньги около 19 млн рублей музею выделил город. С большой долей уверенности могу сказать, что мы приблизили лестницу к тому облику, который встречал гостей этого дома в начале двадцатых годов», – заключает Юлия Малинина.
Фото: Олег Золото/«Петербургский дневник» Исторический вид
Прежде чем пройти еще несколько пролетов, задерживаемся на втором этаже. Говорят, здесь всегда останавливалась Анна Ахматова, ей нравилось смотреть из этого окна во двор.
«Анна Андреевна поднималась по этой лестнице неспешно. И наверняка она останавливалась у окон, не залюбоваться садом было просто невозможно», – говорит директор.
Сегодня вид из окна совсем иной. В день рождения поэта в саду устроили концерт, народная артистка РСФСР Светлана Крючкова выступила с программой ранних стихов Ахматовой «А теперь осталась я сама с собой».
Преодолеваем еще несколько пролетов и подходим к квартире № 44, где с середины 1920-х до 1952 года жила Анна Ахматова. Она покидала ее лишь однажды, когда уезжала из блокадного города в эвакуацию в Ташкент.
Заходим в квартиру, из прихожей движемся через импровизированную маленькую фотолабораторию, которая была устроена Николаем Николаевичем Пуниным в кухню. Далее по коридору, попадаем в экспозицию, посвящённую литературному наследию Анны Ахматовой. Затем через кабинет Пунина и столовую приходим в ту комнату, которая рассказывает о последних годах жизни Ахматовой. И покидаем квартиру, снова оказываясь на лестничной площадке.
Фото: Олег Золото/«Петербургский дневник»
