ВОКЗАЛ – ЭТО СОВЕРШЕННО СОЦИАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Фото: chistopol.ru
Дата события: 11.01.2018 Спикер: Вадим Басс Рубрика: Публикации в СМИ

Статья опубликована на портале «БИЗНЕС Online» под названием  "Вадим Басс: «Вокзал – это совершенно социальная история»" . Интервью:  Гузель Файзрахманова

Историк архитектуры о будущей битве за «Казань-Пассажирская», преимуществах Clover House перед Дворцом земледельцев и лучшем вокзале в РФ.

Одним из гостей недавнего зимнего книжного фестиваля «Смены» был искусствовед из Северной столицы России Вадим Басс . Доцент Европейского университета в Санкт-Петербурге выступил в Казани с лекцией «Обезьяны и дрозофилы: «истоки и смысл» архитектуры российских вокзалов». А затем в интервью «БИЗНЕС Online» он рассказал о том, что средствами архитектуры можно будить нашу «внутреннюю обезьяну», почему у дизайнеров железной дороги плохо со вкусом и как вокзалы превращаются в шопинг-моллы.

 

«ВОКЗАЛ – ЭТО МОДЕЛЬ ОБЩЕСТВА, НО ОЧЕНЬ СЖАТАЯ, СКОНЦЕНТРИРОВАННАЯ МОДЕЛЬ»

– Вадим, у вашей казанской лекции довольно неожиданное название. Почему в нем фигурируют обезьяны и дрозофилы?

– Обезьяна – это просто отсылка к «Подражая Платону» Бродского: «Там стоял бы большой Вокзал, пострадавший в войне, с фасадом, куда занятней, чем мир вовне. Там при виде зеленой пальмы в витрине авиалиний просыпалась бы обезьяна, дремлющая во мне». Собственно, строители вокзалов, помимо чисто функциональных задач, решают и эту – средствами архитектуры провоцировать специальные переживания, связанные с мобильностью, с движением. То есть буквально будить нашу спящую «внутреннюю обезьяну».

– Побуждать к путешествию?

– Именно. Лекция отчасти об этом и была. Что отличает вокзальную архитектуру, если мы воспринимаем ее не только в функциональном качестве, а еще и как некоторый эмоциональный сюжет? Какой язык (вернее, какие архитектурные языки) используют те, кто создает станции, и почему? Какие ассоциации у нас возникают в связи со словом «вокзал»? С одной стороны, это добровольная и своего рода развлекательная мобильность (здесь уместно вспомнить историю появления этого архитектурного типа в России), а с другой – мобильность вынужденная и часто связанная с трагическими событиями. И не так просто сказать, чего больше в XX веке. Если мы сейчас едем по железной дороге – это часто развлечение, путешествие за новыми впечатлениями и прочее. А для наших бабушек и дедушек вокзал и железная дорогая вообще – образ скорее трагический, связанный с историей выживания, с жуткими толпами людей, едущих не от хорошей жизни, а то и не по своей воле.

– А дрозофилы?

– А дрозофилы появились вот откуда: ученые-генетики на них экспериментируют, поскольку эти насекомые очень быстро плодятся и просто устроены, так что очень подходят для лабораторных исследований. И мы на вокзале оказываемся примерно теми дрозофилами – поскольку станции, транспортные узлы – это такой модельный сюжет, связанный с социальными контактами, коммуникациями, где все максимально интенсивно, ускоренно, максимально обострено. Вокзал – это модель общества, но очень сжатая, сконцентрированная модель. Мы видим, как перемещаются и контактируют потоки людей разного социального статуса, экономического положения, привычек, культуры и т. д. При взгляде на станционное здание становится очевидным устройство общества, его стратификация – скажем, раньше пассажиров делили на классы и старались, чтобы они не смешивались. Плюс еще проектировали отдельные помещения, подъезды, павильоны и пути для императорской фамилии. Поэтому вокзал – это совершенно социальная история.

 

«У ДИЗАЙНЕРОВ ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ В ПРИНЦИПЕ СО ВКУСОМ НЕ ОЧЕНЬ ХОРОШО»

– На лекции вы заявили тезис о том, что сейчас вокзалы не нужны. Как же мы обойдемся без них?

– Я вряд ли говорил, что вокзалы не нужны, если это так прозвучало, значит, я не очень удачно сформулировал. Они, конечно, нужны, куда мы без них денемся, просто логика их использования меняется. С одной стороны, постепенно изменяется сама модель мобильности – в какой-то момент все стали работать на компьютерах, сейчас изрядная часть людей работает удаленно и т. д. Любые изменения в экономике, в культурных контекстах отражаются на том, как мы себя ведем, как перемещаемся, какие требования предъявляем к инфраструктуре мобильности, к железной дороге в том числе. Естественно, она не собирается умирать, она еще всех нас переживет, но, возможно, в ином качестве. Кстати, одну из этих возможностей мы после лекции обсуждали с молодыми людьми, которые подошли с вопросами. Они архитекторы и занимаются проектами ревитализации вокзалов. Понятно, что если железная дорога решит на 10 километров отодвинуть станцию, перенести ее, то появится целый кусок внутри города, за который тотчас начнется смертоубийство: девелоперы с одной стороны, городские власти – с другой, федеральные и республиканские – с третьей, с четвертой будет сама железная дорога. И они все пойдут биться за бывший вокзал «Казань-Пассажирская».

– Как, кстати, вам «Казань-Пассажирская»?

– Я только снаружи пока видел, к сожалению, до вокзала не дошел.

– Интересно было бы узнать ваше мнение по поводу сочетания архитектуры исторической с новыми сооружениями в комплексе нашего вокзала.

– У дизайнеров железной дороги в принципе со вкусом не очень хорошо, как вы, наверное, могли заметить по стилистике всего, что с ней связано, – от интерьеров вокзальных зданий до поездов и от объявлений в поездах до формы проводников, которая где-то на уровне 1950-х годов осталась.

– А вы думаете, что заказчик сильно влияет и на планировку, и на стилистическое решение?

– Насчет планировки – у них есть множество своих норм, железные дороги – это этакое государство в государстве. Насчет стиля – думаю, в целом многое зависит от заказчика, который решил, что знает, чего хочет. Я не знаю просто, кто делал конкретно этот проект, но это запросто может быть железнодорожное проектное бюро.

– В основном наши архитекторы местные...

– Но все равно же они с заказчиком общаются. Заказчик выдает техзадание, а архитекторы это все пытаются очеловечить.

 

«У НАС В СТРАНЕ ВСЕ УСТРОЕНО ПРИМЕРНО СХОДНЫМ ОБРАЗОМ – И В КАЗАНИ ТОЖЕ»

– Мне очень жаль, в частности, модернистское здание терминала касс пригородных направлений: оно было очень стильным, геометричным, сдержанным – словом, хорошая, качественная архитектура. А к тысячелетию Казани и Универсиаде 2013 года его решили преобразить в лучших традициях провинциального постмодернизма, и появились башенки, ажурные решетки – возникла вот эта пестрая смесь, которую мы сейчас наблюдаем...

– Это очень сильно в духе самой железной дороги. Сказать, что они каким-то специальным вкусом отличаются, невозможно, почти у всех новых вокзалов подобный китчевый облик.

– Вы можете какие-то российские современные вокзалы вспомнить, которые можно было бы поставить в пример как образец достойной архитектуры?

– Ну, может быть, вокзал в Имеретинской низменности, который спроектировала «Студия 44» из Санкт-Петербурга для Олимпиады в Сочи.

– Вам он действительно нравится?

– Наверное, это не безумный шедевр, но это нормальная современная архитектура, человеческая. В этом смысле у нас в стране все устроено примерно сходным образом – и в Казани тоже. Поскольку мое знакомство с сегодняшней казанской архитектурой крайне поверхностное и сводится оно к поездке по городу между прилетом и лекцией, то судить о ней было бы чистым дилетантизмом и хлестаковщиной, но, на первый взгляд, у вас здесь тоже есть два крайних полюса. С одной стороны, есть средняя современная архитектура, часто вполне качественная, за которую не стыдно, – например, Clover House. Видно, что он спроектирован людьми, которые понимают, как выглядит просто современный дом. А есть Дворец земледельцев – это другая крайность. В этом поле, между этими полюсами все и существует. То есть совсем выдающейся новой архитектуры, наверное, у нас в принципе не очень много. Вот в Питере нет практически совсем. Есть немного в Москве, там школа очень сильная, есть Скуратов, есть бюро «Меганом», например. А в Петербурге ситуация другая, несмотря на то, что у нас Финляндия под боком, а там сейчас с архитектурой все в высшей степени хорошо. И поэтому каждый раз, когда я с коллегами устраиваю архитектурные поездки в Финляндию, бросается в глаза этот разрыв.

– Кажется, что это другой, параллельный мир?

– Знаете, это даже не от каких-то специальных дарований у финнов происходит, это обыкновенная профессиональная культура. Так что когда ты дома видишь нейтральное современное здание, уже испытываешь счастье, что происходит, увы, нечасто. Если я правильно понимаю, в Казани где-то в районе 2000-х годов на волне нефтяных денег стали строить много сооружений в стилистике рубежа XIX и XX веков, особенно жилых. В среднем они выглядят не очень убедительно, потому что это изначально совершенно другой тип архитектуры, и за ним стоит иной тип мышления и другая профессиональная традиция. Думаю, с вокзалами та же самая история. Грубо говоря, Имеретинский вокзал – это не Сантьяго Калатрава, безусловно, но это архитектура, которая не отдает мертвечиной, как многие наши железнодорожные постройки и реконструкции последнего времени. Впрочем, и у Калатравы свои проблемы, о чем свидетельствуют судебные процессы с заказчиками.

– А по каким причинам?

– Причины разные, от инженерно-строительных до финансовых. Скажем, в Валенсии (театр «Дворец искусств королевы Софии» в ансамбле «Города искусств и науки») он в несколько раз превысил бюджет, в Венеции с Калатравой судились потому, что его мост считается неудобным и даже опасным по части переломов; впрочем, я как-то никаких особых неудобств там никогда не ощущал.

 

«ВОКЗАЛЬНЫЙ ЖАНР ВСЕ ВРЕМЯ ТРАНСФОРМИРУЕТСЯ»

– Теперь, как мы видим, функции особо не прибавляются у вокзальных зданий?

– Функции меняются постоянно, в этом смысле вокзальный жанр все время трансформируется. С одной стороны, в истории мы видим примеры расширения и диверсификации функций, «обрастания» станций коммерцией, развлечениями, гостиницами, превращения их едва ли не в шопинг-моллы, но, с другой стороны, идеальный вокзал – тот, которого нет, который вы практически не замечаете.

– Почему вы заинтересовались архитектурой вокзалов и как давно вы эту тему разрабатываете?

– Я не могу назвать себя большим экспертом по архитектуре вокзалов. В начале своей лекции я постарался обозначить контекст. Недавно образовательный сетевой ресурс «Арзамас» запустил курс, связанный с историей российских железных дорог. Там были разные темы (от литературы до экономики), и сюжет про архитектуру предложили записать мне. А, с другой стороны, 10 с лишним лет назад, когда я работал над диссертацией про архитектурные конкурсы начала XX века, пришлось много заниматься историей проектов реконструкции Николаевского (сегодня Московского) вокзала в Петербурге. Это был очень важный сюжет, от которого сохранилось много проектов, материалы обсуждений в министерстве путей сообщения и в Академии художеств и т. д. Кое-что из них вошло потом в книжку про петербургские конкурсы неоклассического периода.

– А для «Арзамаса», получается, вы дальше расширили хронологические границы?

– Грубо говоря, остальное я знаю как средний читатель, который познакомился с некоторым количеством книжек по железнодорожной архитектуре. А что касается конкурсов на проект реконструкции Николаевского вокзала – ими я занимался как историк, на архивных материалах. Это отдельный и очень интересный кейс. В остальном – я, конечно, писал популярные статьи о вокзальной архитектуре, но не могу сказать, что это специальный объект моего научного интереса. Безусловно, сама по себе вокзальная тема очень интересна – в ней присутствует сочетание архитектуры, инженерии и социальных материй. Другое дело, что, к сожалению, архитектурно-инженерное начало гораздо слабее социального. Если будет очень надо, вы загоните 200 человек в вагон, и какой бы ни был дурной по архитектуре вокзал, вы будете им пользоваться. Но в этой лекции я стремился показать скорее хорошее или, по крайней мере, характерное для разных эпох.

 

 
По теме
Жительница Находки считает Виктора Ефимова "Господом Богом". НЕВСКИЕ НОВОСТИ публикуют видеозапись задержания ярой поклонницы бывшего ректора Аграрного университета Виктора Ефимова, арестованного за растрату.
10.12.2018
Кадетский бал – верность традициям - СПбУ ГПС МЧС России 7 декабря лучшие кадеты Кадетского пожарно-спасательного корпуса были удостоены чести посетить кадетский бал «Виват, Санкт-Петербургу!», который ежегодно проводится в актовом зале Морского корпуса Петра Великого.
10.12.2018
 
Поздравление от Губернатора Ленинградской области А. Ю. Дрозденко - СПбГИК Уважаемый Александр Сергеевич, дорогие друзья, от имени Правительства Ленинградской области и от себя лично искренне поздравляю Вас и Ваших коллег со 100-летием Санкт-Петербургского государственного института культуры!
10.12.2018
В серии «Почетные доктора Университета» к 100-летию Почетного доктора СПбГУП, писателя Д.А. Гранина вышла книга «Д.А. Гранин и молодежь: университетские тексты». - СПбГУП В издание включены 66 эксклюзивных текстов писателя, созданных им за более чем 20-летний период сотрудничества с Санкт-Петербургским Гуманитарным университетом профсоюзов.
10.12.2018
 
 
Неонатолог СПбГПМУ провел мастер-классы для врачей Кузбасса - СПбГПМУ Неонатолог СПбГПМУ провел мастер-классы для врачей Кузбасса В начале декабря Кузбасс посетил заместитель главного врача по неонатологии Санкт-Петербургского государственного педиатрического медицинского университета,
10.12.2018
«Развитие экспортного потенциала российской системы образования» - СПбГУТ  им.проф. М.А. Бонч-Бруевича 3-5 декабря в Москве проходила программа повышения квалификации руководителей и специалистов международных служб образовательных организаций и органов управления образованием.
10.12.2018
Кадетский бал – верность традициям - СПбУ ГПС МЧС России 7 декабря лучшие кадеты Кадетского пожарно-спасательного корпуса были удостоены чести посетить кадетский бал «Виват, Санкт-Петербургу!», который ежегодно проводится в актовом зале Морского корпуса Петра Великого.
10.12.2018 СПбУ ГПС МЧС России
gal - СПбГИК В рамках деятельности Центра социально-культурного проектирования СПбГИК под руководством кандидата педагогических наук,
10.12.2018 СПбГИК
Самая большая весит 12 килограммов Фото: https://pixabay.com В воскресенье, 9 декабря, в Зимнем дворце открылся зал, в котором теперь будет размещаться постоянная экспозиция отдела античного мира.
10.12.2018 Петербургский дневник
В настоящее время певец чувствует себя нормально Фото: https://ru.wikipedia.org Народный артист РСФСР Лев Лещенко оказался в больнице в субботу, 8 декабря.
09.12.2018 Петербургский дневник
Петербуржцы открыли «Газпром Арену» поражением Фото: https://fc-zenit.ru Впервые в чемпионате России «Зенит» вышел на поле без Артёма Дзюбы, которого не оказалось даже в запасе.
09.12.2018 Петербургский дневник
Трасса «Скандинавия» стала 6-полосной от ЗСД до Огоньков. 6 декабря, на год раньше срока, открылось движение по шестиполосному реконструированному участку трассы А-181 «Скандинавия».
10.12.2018 Администрация г. Санкт-Петербурга
За прошедшие сутки в Санкт-Петербурге выпало порядка 4,1 см снега. В воскресенье количество уборочной техники, выехавшей на внутриквартальные территории, составило 343 ед., количество дворников, привлеченных к уборке снега,
10.12.2018 Жилищный комитет СПб